Каталог статей

            «Не все же китайцы – Брюсы Ли», – говорит своему приятелю таксист Джимми Тонг (Чанг) после позорного бегства от сбитого им дюжего велосипедиста. В этих словах слышится полуироничная надежда на то, что когда-нибудь подобным образом упомянут и самого упорно неувядающего Джеки. Фильм стоит посмотреть как минимум ради того, чтобы убедиться –надежда еще как обоснована! По-детски игривое, парадоксально харизматическое обаяние Джеки Чана во многом базируется на честности, искренности, непосредственности, пусть и проявляются эти качества порой косвенно. В них есть глубина, которая позволяет Джеки занимать уникальную нишу современного кино. Можно и не лепить к явлению словцо «культовое», но настоящие интеллектуалы и эстеты им не брезгуют. Одна из заслуг Чана в том, что он не декларирует совмещения высоких смыслов и низкой развлекаловки по принципу ложно понятого постмодернистского «слоеного пирога», чем грешит, к примеру, Люк Бессон в «5-м элементе». Но и не спекулирует на идейных стержнях сюжетных линий. Скажем, история спасения его героем мира в этой картине – даже не отработка клише. Так, что-то вроде боксерской груши, этакий фабульный тренажер для оттачивания фирменных фишек.

            Примерно такую же нагрузку несет заглавный смокинг, который на самом деле является экспериментальным боевым комплектом. Стоит только выставить нужный режим, и эффектная демонстрация возможностей Джекки Чана предстанет во всем блеске: от невозможных трюковых драк до неожиданной галантности и изощренных танцев. Костюм, как легко догадаться – аналог знаменитой бондовской супермашины. Но ненужные параллели отсекаются фразой «Меня зовут Тонг. Джеймс Тонг», которая звучит нелепой бравадой и идет вразрез с двусмысленным аристократизмом Джеймса Бонда. Впрочем, суперагенту не состязаться с внутренним аристократизмом Чана. Виртуозный недотепа, как известно, выполняет (и изобретает) все трюки сам. Спасибо режиссеру Доновану, что вложился в соответствующий чановской головокружительной аттракционности стиль, и, как и звезда фильма, сумел сделать главное – надежно скрыть от восхищенных зрительских глаз пот этой гигантской трудоемкости. Между прочим, великое умение, позволяющее на одном дыхании досмотреть до классической финальной нарезки с неудавшимися дублями и через смех прикоснуться к нелегкому труду киношника.